Основная причина неудач Красной Армии в июне 1941 года - 3

3-я часть. материала
<<Начало
<<Вторая часть

Излишне высокая оценка возможностей РККА советским руководством и её проявление на практике в начале войны

Нет сомнений, что образ мыслей, оценки собственных возможностей советским руководством непосредственно перед началом и в первые дни войны достаточно полно описывают Директивы войскам под номерами 1-3. Не будем детально анализировать их, остановимся на главном, важном для нашей темы.

Директива №1 попала (или должна была попасть) в войска ещё до начала нападения Германии, в ночь на 22 июня. В ней прямо указывается, что «возможно внезапное нападение немцев», которое, как указывают «защитники» советского руководства, не вписывалось в прежние планы. Но в связи с этим действовать иначе советское руководство не считает нужным.

Директивой предписывается защищать всю госграницу, причем План прикрытия границы даже не упомянут. В Директиве №1 дважды говорится о возможности провокационных действий немцев. И выдвигается требование не поддаваться на них, но при этом «встретить возможный внезапный удар». Т.е. малого того, что на войска перекладывается принятие решения «это ещё провокация или уже война», при этом ещё предполагается, что даже в условиях этой неопределенности и внезапности удара противника РККА сможет удержать «все и везде».

Директива № 2 подписана 22 июня 1941 г. в 7 ч. 15 мин. Она констатирует, что нападение Германии началось «без всякого повода». Т.е. это уже война и началась она не в том формате, который предусматривался довоенными планами. Тем не менее: «Войскам всеми силами и средствами обрушиться на вражеские силы и уничтожить их в районах, где они нарушили советскую границу». Даже в этих условиях считается, что РККА сможет действовать решительно и уничтожить противника.

Безусловно, поступающая в Москву информация к вечеру 22 июня не позволяла полностью оценить всю картину развертывающихся боев. Однако было уже очевидно, что это не провокации или локальные перестрелки на границе, а полномасштабное наступление концентрированных группировок Вермахта. После 21:00 в войска уходит Директива № 3, которая констатирует этот факт и ставит следующие задачи:

«а) концентрическими сосредоточенными ударами войск Северо-Западного и Западного фронтов окружить и уничтожить сувалкинскую группировку противника…
    б) мощными концентрическими ударами… окружить и уничтожить группировку противника, наступающую в направлении Владимир-Волынский, Броды. К исходу 24.6 овладеть районом Люблин».

Т.е. и вечером 22 июня советское руководство продолжает считать РККА способной решительно разгромить противника, взять Люблин через двое суток. И это несмотря на очевидные расхождения реалий с предвоенными представлениями и планами, сложную и не до конца ясную обстановку на фронтах.

Приходим к следующим выводам:

• Советское военное и политическое руководство на протяжении 1930-х, начала 1940-х годов допускало серьезные ошибки при развитии вооруженных сил, производстве оружия и техники
• При этом уже с середины 1930-х годов и промышленность, и армия оцениваются им как «современные и организованные»
• Предвоенные планы ведения боевых действий строятся на основе неверной оценки собственных сил, исходя из уверенности, что РККА способна быстро разгромить противника
• Даже расхождение реалий начавшейся Великой Отечественной Войны с предвоенными оценками, по крайней мере, на первых порах, не дает оснований советскому руководству сомневаться в превосходстве РККА.

Это и стало, по нашему мнению, основной причиной неудач Красной Армии в июне 1941 года.